novoevmire.biz
Досуг

Царь Леонид и триста спартанцев: обстоятельства легендарного подвига и всей битвы с громадным войском персидского царя Ксеркса, предыстория, факты, сравнение с кино


Леонид — один из самых известных спартанских, да и вообще древнегреческих царей. Его слава вполне заслуженна. Благодаря совершённому в битве при Фермопилах подвигу имя этого полководца и государственного деятеля пережило столетия и до сих пор является символом высочайшего патриотизма, мужества и жертвенности.

Ранние годы

Отцом Леонида был Анаксандрид II, спартанский царь из рода Агиадов, правивший в 560–520 годах до н.э. Согласно историку Геродоту, царь Анаксандрид был женат на дочери своего брата, которая долго оставалась бездетной. Чтобы не прервался царский род, эфоры посоветовали царю отпустить свою жену и взять другую. Анаксандрид, любивший жену, ответил, что не может обидеть свою супругу, которая ни в чём перед ним не провинилась. Тогда эфоры разрешили царю сохранить первую жену, но при этом взять себе вторую, которая могла бы родить ему детей. Так царь стал жить одновременно на две семьи.


Через год вторая жена принесла ему сына Клеомена. Вскоре после этого первая жена Анаксандрида, до этого считавшаяся бесплодной, также забеременела и произвела на свет одного за другим троих сыновей: Дориея, а затем близнецов Леонида и Клеомброта. Вторая жена царя больше не рожала.

Когда Анаксандрид умер в 520 году до н. э., перед спартанцами стал вопрос о престолонаследии. Клеомен был старшим сыном царя, но Дорией по совету одного из своих друзей заявил, что он родился от первого, как бы более законного брака, и потому имеет больше прав на власть. Спартанцы разделились на два лагеря, но в конечном итоге победу одержали сторонники Клеомена. В гневе Дорией покинул Спарту и уплыл на запад. В 515 году до н. э. он предпринял попытку основать колонию сначала на северном побережье Африки, а затем на западе Сицилии, но властвовавшие здесь карфагеняне каждый раз его изгоняли. В бою с ними в 510 году до н. э. Дорией погиб.

Тем временем Клеомен заручился поддержкой своих младших братьев. За Леонида он выдал замуж свою дочь Горго, что говорит если и не о дружбе, то по крайней мере о каком-то доверии между ними. Клеомен был одним из самых воинственных и амбициозных спартанских царей. Он нанёс поражение давнему сопернику Спарты Аргосу, подчинил аркадскую Тегею, после чего объединил зависимые от Спарты города-государства в Пелопоннесский союз под её гегемонией.

При этом, в отличие от большинства спартанцев, Клеомен отличался крайней беспринципностью при достижении своих целей. Так, в 491 году до н. э. ему удалось отстранить от власти второго царя Демарата, обвинив того в том, что он якобы являлся незаконнорождённым. Демарат бежал к персам, однако этот случай вызвал большой скандал в Спарте, в ходе которого вскрылись некоторые подробности интриг Клеомена. Опасаясь грозившего ему суда эфоров, Клеомен покинул город и обосновался в Аркадии. Здесь он стал подбивать спартанских союзников к мятежу. В страхе перед ним эфоры согласились забыть о случившемся. В 487 году до н. э. Клеомен вернулся в Спарту, здесь внезапно впал в безумие и покончил с собой.


Поскольку собственных сыновей у Клеомена не было, ему наследовал Леонид. У современных историков это вызвало к жизни предположения о причастности Леонида к тёмным подробностям гибели его предшественника. Однако следует признать, что прямыми свидетельствами злого умысла мы не располагаем. А высокая репутация, которой пользовался Леонид и при жизни, и особенно после своей смерти, не позволяет выдвигать против него голословные обвинения.

Персидская угроза

Леонид был царём на протяжении 7 лет, но известен он остался в первую очередь благодаря своей роли в сражении при Фермопилах. Чтобы перейти к изложению истории похода Ксеркса на Грецию, следует сказать несколько слов и о его предыстории. С персидской державой Ахеменидов греков связывали давние отношения. Ионийские города-государства западного побережья Малой Азии являлись подданными царя Дария и платили ему дань. В 499 году до н. э. они подняли восстание, в котором на помощь ионийцам пришли Афины и Эретрия. Спартанский царь Клеомен, которого также посетили послы ионийцев, проявил в этом вопросе осторожность.


Подавив восстание, персы решили наказать помогавших мятежникам греков. В 492 году до н. э. царский родственник Мардоний с большой персидской армией переправился во Фракию. Ряд греческих общин: Фивы, Аргос, Эгина — согласились дать царю «землю и воду» в знак признания над собой его власти. Спартанцы не только отказались это сделать, но и убили царских послов, бросив их в пропасть и предложив отыскать землю и воду на дне.

В 490 году до н. э. большой персидский флот прибыл к берегам Греции. Персы разрушили Эретрию на Эвбее, продали её жителей в рабство, а затем направились к Аттике. Афиняне обратились за помощью к Спарте, а пока те медлили с отправлением в поход, сумели сами разбить непрошеных гостей в битве при Марафоне. Остатки персидской армии сели на корабли и отплыли обратно в Азию. Опоздавшим к сражению спартанцам оставалось лишь осмотреть тела варваров и засвидетельствовать афинянам своё почтение. Персидский царь был весьма опечален случившимся, но его планам мести помешало разразившееся в Египте восстание, а в 486 году до н. э. Дарий умер. Его наследник Ксеркс на протяжении 486–483 годов был вынужден усмирять восставших египтян и вавилонян. Таким образом, греки получили 10-летнюю передышку.

В 483 году до н. э. Ксеркс окончательно расправился с мятежниками и начал наконец готовить большой поход против Греции. Собранная им армия была огромной и, по словам Геродота, насчитывала 1,7 млн человек. На море её сопровождал огромный флот из 1200 кораблей. По мнению современных исследователей, более реалистично выглядят цифры от 80 000 до 200 000 воинов и от 400 до 600 кораблей.


Два года эти силы собирались в Сардах. Наконец, с наступлением весны 480 года до н. э., персидское войско выступило в поход. По приказу Ксеркса через Дарданеллы были наведены два понтонных моста по 1300 м длиной каждый. По ним персидское войско на протяжении 7 дней непрерывно осуществляло переправу на европейский берег пролива.

При известии о приближении армии Ксеркса греческие города-государства охватил ужас. Свою покорность царю поспешили изъявить фессалийцы и фиванцы с беотийцами. Даже наиболее авторитетный среди греков оракул Аполлона в Дельфах прочил своим войскам поражение.

Планы греков по обороне страны

Сопротивление персам возглавили Афины и Спарта. Ещё осенью 481 года до н. э. в Коринфе собрался общегреческий конгресс, участники которого объединились в Эллинский союз, чтобы сообща бороться с персами и теми греками, которые добровольно выступили на их стороне. Гегемоном союза большинством голосов была избрана Спарта, как самое сильное в военном плане государство.

При обсуждении оборонительной стратегии среди союзников выявились серьёзные разногласия. Спарта и остальные пелопоннесцы предлагали укрепить стеной узкий Коринфский перешеек и обороняться от персов здесь. Этому решению горячо сопротивлялись афиняне и другие союзники, земли которых подверглись бы неизбежному разорению. После жарких споров греки решили занять оборону в Темпейском ущелье и весной 480 года до н. э. выслали туда 10 000 воинов под командованием спартанца Евенета и афинянина Фемистокла.

Здесь споры между союзниками вспыхнули вновь. Спартанцы не хотели сражаться, имея в тылу фессалийцев, среди которых были сильны проперсидские настроения. К тому же, указывали они, персы могли проникнуть в Фессалию другой, хотя и трудной дорогой через Олимп, или даже высадиться с моря южнее прохода. Простояв некоторое время в Темпе, войско вернулось обратно, прежде чем туда успели явиться персы.


Вторым рубежом обороны было Фермопильское ущелье на границе между северной и средней Грецией. В этом месте высокие горы очень близко подходили к морю, оставляя лишь узкий семикилометровый проход, протянувшийся между горным отрогом Каллидром и южным болотистым побережьем Малийского залива. Одновременно военный флот греков должен был стать недалеко от Фермопил, в проливе между северным берегом Эвбеи и мысом Сепия, и таким образом прикрыть армию с моря. В начале июля сюда прибыли 200 афинских кораблей, которыми командовал Фемистокл, и 155 пелопоннесских под командованием Эврибиада.

Но силы, отправленные спартанцами к Фермопилам, оказались гораздо меньше тех, что здесь ожидались. Сами спартанцы прислали только 300 воинов, ещё 1000 были из числа периэков, аркадяне послали несколько больше 2120 воинов, коринфяне 400, флиунтцы 200, микенцы 80. В общей сложности отряд насчитывал около 4000 гоплитов. Чтобы придать делу больше значения в глаза греков, спартанцы поставили во главе своего маленького отряда царя Леонида. Сопровождавшие его 300 спартанцев, скорее всего, относились к отборному отряду «всадников», составлявших свиту царя в походе.

Когда Леонид со своим войском проходил через Беотию, к нему добровольно присоединилась 700 феспийских воинов; фиванцы, персидский образ мыслей которых был хорошо известен, были вынуждены дать ему 400 своих воинов фактически в качестве заложников своей лояльности. Локры и фокидяне прислали около 1000 человек. Всего в войске Леонида, когда он разбил свой лагерь в Фермопилах, было 7200 воинов.


Изначально предполагалось, что передовой отряд Леонида — это только авангард, за которым вскоре последуют основные силы. Греки заняли проход и восстановили некогда перегораживавшую его стену. Тем не менее обещанная помощь так и не появилась. Спартанские власти в ответ на просьбы Леонида прислать подкрепление заявляли, что этому препятствуют предстоящий праздник Карнеи (праздновался в сентябре на протяжении 9 дней) и обещали, что по его окончании немедленно выступят на помощь со всеми своими силами. До того момента Леониду предстояло оборонять проход в одиночку.

По поводу искренности этих обещаний мнения современных историков разделились. Спартанцы в древности были известны своим исключительным консерватизмом и уважительным отношением к религиозным обрядам. Любые неблагоприятные знамения могли стать причиной задержки, и подобные случаи неоднократно происходили позже. С другой стороны, среди самих спартанцев и их союзников, как указывалось ранее, не было единогласия относительно того, где и как следовало обороняться от противника. Поэтому афинянам позиция спартанских властей казались лишь попыткой тянуть время и попыткой сохранить свои главные силы для защиты Пелопоннеса.

Оборона Фермопил

Тем временем Леонид расположился лагерем в Альпине и ждал здесь прибытия Ксеркса. Один местный житель, рассказывая эллинам о многочисленности варваров, добавил, что «если варвары выпустят свои стрелы, то от тучи стрел произойдёт затмение солнца». В ответ спартанец Диенек беззаботно пошутил:

«Наш приятель из Трахина принёс прекрасную весть: если мидяне затемнят солнце, то можно будет сражаться в тени».


Когда персы явились, увидев их многочисленность, греки пали духом. Некоторые призывали к отступлению, однако этому воспротивились фокидяне, да и сам Леонид со своими спартанцами оставался при твёрдом намерении удерживать свой пост до конца.

Ксеркс ещё в Фессалии слышал, что Фермопильский проход занят небольшим отрядом греков, но он не думал, что они останутся там при его приближении. Разбив лагерь у Трахина, он послал лазутчика посмотреть, сколько греков и что они делают. Вернувшись, лазутчик сообщил царю, что видел передовой пост, на котором одни воины развлекались тем, что бегали наперегонки друг с другом, а другие расчёсывали свои длинные волосы. Ксеркс нашёл подобное занятие смешным для мужчин, но Демарат, изгнанный царь спартанцев, сопровождавший его в этом походе, сказал следующее:

«Эти люди пришли сюда сражаться с нами за этот проход, и они готовятся к битве. Таков у них обычай: всякий раз, как они идут на смертный бой, они украшают себе головы. Знай же, царь, если ты одолеешь этих людей и тех, кто остался в Спарте, то уже ни один народ на свете не дерзнёт поднять на тебя руку».

Прежде чем отдать приказ о выступлении, Ксеркс выжидал 4 дня, а затем послал в проход наиболее боеспособные после собственно персов отряды мидян, киссиев и саков с приказанием взять греков живыми и привести их к нему. В начале сражения грекам предложили сложить оружие, на что Леонид, согласно Плутарху, дал легендарный ответ: «Приди и возьми» (др.-греч. Μολὼν λαβέ). Сражение в проходе длилось целый день, но мидянам так и не удалось продвинуться ни на шаг вперед.


На следующий день по приказу Ксеркса в атаку были посланы отряды, состоящие из самих персов. Это были так называемые «бессмертные» — цвет персидской армии во главе с их начальником Гидарном. Леонид против них поставил спартанцев, до того времени участия в сражении не принимавших. Сражение повторилось с тем же результатом. Спартанцы, стоя тесно сомкнутыми рядами, отбивали одну атаку за другой. Время от времени они делали вид, будто обращаются в бегство, и отступали назад, где проход был шире. Как только персы устремлялись за ними, спартанцы разом поворачивали назад, опрокидывали густо столпившегося противника или загоняли его в болото у моря. Этот манёвр они повторяли несколько раз, и к концу дня персы потеряли более 6000 человек, ни на шаг не приблизившись к победе.

Для Ксеркса подобное развитие событий стало полной неожиданностью. Он не знал, что делать дальше, но тут на помощь ему пришёл предатель. Малиец Эфиальт, который, надеясь на великую награду, указал персам тропу, ведущую через гору в обход Фермопил. Впоследствии Эфиальт в страхе перед спартанцами бежал в Фессалию, и там был убит своим давним врагом по личной причине. Последнему спартанцы всё равно выплатили награду, обещанную за голову предателя.


Эфиальт обещал провести 20 000 лучших персидских воинов во главе с Гидарном в тыл греков. Персы шли всю ночь и на рассвете, оказавшись на вершине горы, внезапно увидели перед собой небольшой отряд греков. Это были фокидяне, посланные Леонидом специально, чтобы охранять тропу. Фокидяне несли свою службу небрежно и заметили персов, только когда в них полетели первые стрелы. Едва успев схватить оружие, они оставили свой пост и устремились на вершину горы. Гидарн не стал их преследовать и поспешно начал спуск вниз.

Последний бой

Ещё вечером накануне прорицатель Мегистий по жертве предсказал грекам, что в этот день их ждёт смерть. Ночью явились лазутчики и известили Леонида, что персы идут через горы в обход. Имевшихся у него сил было недостаточно, чтобы с успехом отражать нападение одновременно с двух сторон. Чтобы не жертвовать напрасно людьми, Леонид отдал приказ отступить всем другим отрядам, кроме спартанцев. Сам он не смел отступить, поскольку считал бесчестным покинуть пост, на защиту которого был поставлен.

Таким образом, царь Леонид принял единственно возможное для спартанца решение: сражаться и погибнуть, следуя закону своей страны и исполняя воинский долг. Кроме спартанцев с ним добровольно остались феспийцы со своим предводителем Димофилом, а также фиванцы, которых Леонид удержал при себе насильно. Всего у Фермопил осталось в тот день около 1200 греков.

Не рассчитывая на победу, но лишь на славную смерть, греки вышли вперёд за стену и дали последний бой в отдалении от прежних позиций:


«Эллины во главе с Леонидом, идя на смертный бой, продвигались теперь гораздо дальше в то место, где проход расширяется. Ибо в прошлые дни часть спартанцев защищала стену, между тем как другие бились с врагом в самой теснине, куда они всегда отступали. Теперь же эллины бросились врукопашную, и в этой схватке варвары погибали тысячами. За рядами персов стояли начальники отрядов с бичами в руках и ударами бичей подгоняли воинов всё вперёд и вперёд. Много врагов падало в море и там погибало, но гораздо больше было раздавлено своими же. На погибающих никто не обращал внимания. Эллины знали ведь о грозящей им верной смерти от руки врага, обошедшего гору. Поэтому-то они и проявили величайшую боевую доблесть и бились с варварами отчаянно и с безумной отвагой».

В этом сражении пал Леонид, и над его телом разгорелась отчаянная борьба. После жаркой схватки грекам наконец удалось вырвать тело царя из рук врагов. При этом они четыре раза обращали своих противников в бегство. У персов также были огромные потери, среди погибших оказались Аброком и Гиперанф, братья царя Ксеркса. Заметив подход сил Гидарна с тыла, спартанцы, у которых более не осталось шансов на спасение, отступили назад в проход и обратились против нового врага. Последние оставшиеся в живых защитники Фермопил заняли позицию на холме. У большинства к тому времени уже сломались копья, они продолжали защищаться мечами, а затем руками и зубами, пока варвары не засыпали их градом стрел. Так закончилось сражение при Фермопилах.

Царь Ксеркс лично осмотрел поле боя. Найдя тело Леонида, он приказал отрубить ему голову, а тело распять. Геродот осуждает это решение и пишет, что прежде у персов не было в обычае подвергать тела врагов такого рода надругательству. Павших греков впоследствии похоронили на том же холме, где они приняли последний бой. На могиле спартанцы установили скульптуру льва с эпитафией Симонида Кеосского:

«Путник, пойди возвести нашим гражданам в Лакедемоне,

Что, их заветы блюдя, здесь мы костьми полегли».


Литература:

  1. Коннолли П. Греция и Рим. Энциклопедия военной истории. — Москва: Эксмо-Пресс, 2000. — 320 с.
  2. Печатнова Л. Г. Спартанские цари. — М.: Яуза, 2007. — 352 с.
  3. Печатнова Л. Г. История Спарты (период архаики и классики). — СПб.: Гуманитарная Академия, 2001. — 510 с.
  4. Хаммонд Н. История Древней Греции. — М.: Центрполиграф, 2003. — 703 с.
  5. Fields N. Thermopylae 480 BC. Last stand of the 300. — Osprey Publishing, 2007. — 97 p.

Наверное, легенду о 300 спартанцах, которые мужественно противостояли численно превосходящей армии противника до последнего вздоха, слышали все. Голливудские фильмы, посвященные этому сюжету, наделали много шума, хотя исторической достоверности от них ожидать не стоило. Как же проходила на самом деле легендарная битва при Фермопилах?

(Всего 11 фото)

Источник: kulturologia.ru

Армия нападавших персов в разы превосходила силы греков. По разным оценкам, численность персов была от 80 до 250 тысяч воинов, греков было от 5 до 7 тысяч. Несмотря на неравные силы, в первые два дня греки отбивали атаки персов в ущелье Фермопилы, но на третий день ход битвы был сломлен. По одной версии, местный житель Эфиальт рассказал персам о наличии горного обходного пути и показал его за денежное вознаграждение, по другой — персы сами обнаружили этот путь. Как бы то ни было, на третий день они смогли зайти с тыла. Гонец предупредил спартанцев об этом. Понимая безуспешный исход событий, Леонид сам предложил грекам разойтись по своим городам. Сам же он и его 300 спартанцев остались.

Если отказаться от излишней романтизации и героизации этого решения, становится понятным, что у Леонида не было другого выхода. В Спарте действовали очень жесткие законы — без приказа никто не имел права отступать с поля боя. Если это произойдет — спартанец лишится своих гражданских прав, его ждет позор и изгнание. Леонид понимал, что все погибнут, но у него не было выбора, отступление было невозможно. Спартанский воин обязан был сражаться до смерти, иначе он станет изгоем в обществе и сам будет желать смерти, чтобы не терпеть вечные оскорбления и презрение.

Больше всего вопросов вызывает численность греческой армии. У Геродота по этому поводу говорится следующее: «Эллинские же силы, ожидавшие в этой местности персидского царя, состояли из 300 спартанских гоплитов, 1000 тегейцев и мантинейцев (по 500 тех и других); далее, 120 человек из Орхомена в Аркадии и 1000 — из остальной Аркадии. Столько было аркадийцев. Затем из Коринфа 400, из Флиунта 200 и 80 — из Микен. Эти люди прибыли из Пелопоннеса. Из Беотии было 700 феспийцев и 400 фиванцев. Кроме того, эллины вызвали на помощь опунтских локров со всем их ополчением и 1000 фокийцев». То есть всего 5200 воинов. Еще с ними были слуги — илоты.

Спартанцев действительно было 300 — количество воинов в гвардии было постоянным, если один умирал, на его место становился другой. Но кроме спартанцев там были сотни греков из других городов-государств, общей численностью до 5000, и в первые два дня битвы они вместе сражались при Фермопилах. Но около 1000 греков, в частности феспийцы, остались по собственной воле и после приказа Леонида вернуться домой. Никто не умаляет заслуг и мужества спартанцев, но не только они погибли в неравной битве в тот день. Потери греков за три дня составили около 4000 человек, персов — в 5 раз больше.

Смотрите также: 10 фильмов с лучшими батальными сценами в истории кино

Фермопильское сражение

Битва при Фермопилах состоялась в сентябре 480 года до н. э. в ущелье Фермопилы.

Мало какое историческое событие столь известно и в то же время окружено таким большим количеством мифов и заблуждений, как битва в Фермопильском ущелье. Неоднократно приходилось слышать мнение, что в этой битве 300 героических спартанцев на протяжении нескольких дней сдерживали пятимиллионную армию персов (одно из нелепейших заблуждений Геродота, однако при этом одно из самых живучих), и только предательство привело спартанцев к гибели.

Согласно другому мнению, спартанцы во главе с царем Леонидом пожертвовали собой, чтобы дать Элладе время подготовиться к вторжению. Действительность же, как это часто бывает, выглядела абсолютно по другому…

Поражение в Марафонском сражении не заставило персов отказаться от мысли завоевать Элладу. Но приготовление к новому вторжению затянулась на 10 лет. Смерть в 486 г. до н. э. персидского царя Дария I привела к обычной для восточных деспотий борьбе за власть и другим неурядицам в виде восстаний покоренных народов. Преемнику и сыну Дария Ксерксу потребовалось для решения этих проблем несколько лет. И когда новвый царь укрепил свою власть, то немедленно вернулся к старой идее.

На подготовку к великому вторжению ушло почти 2 года. К началу 480 г. до н. э. основные приготовления были закончены. К побережью Малой Азии подтянулся огромный флот (1207 кораблей), а в Сардах, столице Лидийской сатрапии, собралось сухопутное войско, которое состояло из представителей различных племен и народов, и все со своим вооружением.

Прибыл сюда и сам Ксеркс со своей гвардией – 10 000 «бессмертных». Так этих царских телохранителей называли потому, что численность их отряда всегда оставалась неизменной: на место убитого или умершего немедля принимали нового гвардейца.

Геродот, сообщая о численности собранного Ксерксом воинства, писал, что для похода на Элладу Ксеркс собрал более пяти миллионов человек, из них 1 700 000 составляли воины. Эта цифра абсолютно нереальная, и объяснить ее возможно лишь тем, что у страха глаза велики, а страх тогда в Элладе царил небывалый.

На самом деле персидское войско едва ли могло насчитывать более 200 000 человек. Большее количество попросту не могло бы прокормиться, и для него не хватило бы питьевой воды во всех реках и водоемах, которые должны были встретиться по пути. Следует заметить, что и из этих 200 000 не больше половины (а скорей треть) были настоящими воинами, остальные представляли многочисленную обслугу, обозников, строителей.

Тем не менее, и такое войско в значительной степени превышало силы не только любого из греческих полисов, но и всех их вместе взятых. А если учесть, что как раз этого единения среди греков и не было, следует признать, что силы Ксеркса были чрезвычайно велики и опасность для Эллады была в действительности грозной.

480 год до н. э. — огромное персидское войско во главе с царем Ксерксом совершило переход из Малой Азии в Европу через пролив Геллеспонт (ныне Дарданеллы). В самом узком месте пролива, который отделяет Азию от Европы, финикийские строители соорудили хитрый мост, соединивший оба берега: поставили борт о борт корабли, положив сверху настил. Однако разыгрался шторм, и от моста остались одни щепки.

Разгневанный Ксеркс велел казнить строителей, а море высечь плетьми и опустить в него оковы, чтобы впредь оно не дерзало противиться его воле. После чего выстроили новый мост, намного прочней прежнего, и по нему персидское войско двинулось в Европу. Переправлялись без перерыва 7 дней и ночей.

Греки выслали войско – около 10 000 гоплитов – чтобы задержать персов на дальних подступах к Пелопоннесу. Вначале союзное войско хотело сдержать Ксеркса на северной границе Фессалии с Македонией, однако после оно отошло на Истмийский перешеек, соединяющий полуостров Пелопоннес с Балканами.

Но в таком случае многие из греческих городов на материке оказались бы беззащитны, и в итоге войско перешло к Фермопилам, узкому проходу в горах, ведущему из Фессалии в Среднюю Грецию. Вместе с этим греческий флот в количестве 271 триеры стал заслоном для персидской флотилии неподалеку от Фермопил, у мыса Артемисий.

Описание Фермопильского ущелья есть у Геродота. «Так, у селения Альпены за Фермопилами есть проезжая дорога только для одной повозки… На западе от Фермопил поднимается недоступная, обрывистая и высокая гора, простирающаяся до Эты. На востоке же проход подходит непосредственно к морю и болотам. В ущелье этом построена стена, а в ней когда-то были ворота. Древняя стена была построена в стародавние времена и от времени большей частью уже разрушилась. Эллины решили теперь восстановить стену и этим преградить варвару путь в Элладу».

Греческое войско состояло из постоянных городских отрядов профессиональных тяжеловооруженных воинов-гоплитов, посланных в качестве передового заслона, пока города собирали ополчения. При Фермопилах собралось до 6 000 гоплитов; спартанский отряд в 300 воинов возглавлял царь Леонид, сын Анаксандрида. Он же считался и главнокомандующим всего эллинского войска.

Следует заметить, что эти 6 000 тяжеловооруженных воинов отнюдь не составляли все греческое войско. Из различных источников можно узнать, что в войске было до 1 000 спартанских периэков (неграждан), а на каждого спартанского гоплита приходилось по 7 рабов-илотов, которых использовали в качестве легковооруженных воинов. Возможно предположить, что и в отрядах других полисов было немало воинов, не вошедших в приводимое Геродотом число гоплитов.

По современным оценкам, количество греческих воинов, собравшихся для обороны Фермопильского прохода, могло доходить до двадцати 20 000 человек. Армию персов современные историки оценивают в 70 000. Потому ни о каком сто– или тысячекратном превосходстве персов не могло быть и речи.

Греки разбили лагерь за стеной, перекрывающей узкий Фермопильский проход. Стена эта представляла из себя невысокую баррикаду, которая была выложена из тяжелых камней. Персидское войско остановилось у города Трахина перед входом в Фермопилы. Один местный житель, рассказывая эллинам о многочисленности варваров, добавил, что «если варвары выпустят свои стрелы, то от тучи стрел произойдет затмение солнца».

В ответ спартанец Диенек беззаботно пошутил: «Наш приятель из Трахина принес прекрасную весть: если мидяне затемнят солнце, то можно будет сражаться в тени» (в некоторых из источников это высказывание приписывают самому царю Леониду).

Ксеркс выжидал 4 дня, а на 5-й отправил наиболее боеспособные отряды из урожденных мидян и персов на штурм. Согласно данным историка Диодора, царь отправил в первой волне атакующих тех воинов, чьи близкие родственники погибли за 10 лет до того в Марафонском сражении.

Греки встретили их в теснине лицом к лицу, тем временем как другая часть воинов оставалась на стене. Греки притворно отступали, но затем разворачивались и контратаковали расстроенные отряды персов. Потом персидский царь сменил мидян на киссийцев и саков, славных своей воинственностью.

Воины Ксеркса, в более легком вооружении и не имея строевой подготовки, подобной греческой, не могли прорвать плотную фалангу противника, укрывшуюся за сплошной стеной больших щитов. Перед наступлением вечера в бой пошла гвардия Ксеркса, воины из отряда «бессмертных». Но и они отступили после непродолжительной схватки.

На второй день царь персов послал в бой воинов, известных своей отвагой (в основном карийцев), с обещанием хорошей награды за успех и смерти за бегство с поля боя. Второй день также прошел в бесплодных атаках. Персы сменяли атакующие отряды; греки, в свою очередь, сменяли в сражении друг друга.

Ксеркс не знал, что предпринять дальше, когда к нему обратился некий местный житель, Эфиальт, вызвавшийся за вознаграждение провести персов горной тропой в обход Фермопил. Тропу охранял отряд фокийцев (из Средней Греции) – 1 000 воинов. Отборный персидский отряд в 20 000 под командованием Гидарна скрытно шел всю ночь, а к утру внезапно обрушился на фокийцев. Загнав их на вершину горы, Гидарн продолжил движение в тыл эллинам, охраняющим Фермопилы. Фокийцы послали бегунов сообщить грекам об обходном маневре персов; об этом же греков предупредил еще ночью перебежчик из персидского лагеря по имени Тиррастиад.

Союзники разошлись во мнении. Большинство, подчиняясь воле обстоятельств, отправились по своим городам. Остались лишь 300 спартанцев царя Леонида, 700 феспийцев под командованием Демофила, сына Диадрома, и 400 фиванцев под начальством Леонтиада, сына Евримаха.

Численность воинов в отрядах указана на начало битвы при Фермопилах, но за два дня боев греки понесли ощутимые потери. Феспии и Фивы – города в Беотии, через которую неизбежно пролегал путь войска персов, так что отряды этих городов защищали в Фермопилах родную землю.

Геродот писал свой исторический труд в пору вражды Фив с Афинами, потому он не упускает случая выставить фиванцев предателями Эллады и сообщает, что фиванский отряд был удержан Леонидом против их воли в качестве заложников. Но эту версию Геродота опровергает как судьба отряда, так и сама логика войны.

Рассчитывая не на победу, но только на славную смерть, оставшиеся греки приняли бой в отдалении от прежнего места, там, где проход расширялся. Но, даже там персы не могли развернуться и погибали массами в давке или будучи сброшенными с обрывистого берега. У спартанцев копья были сломаны, они разили врага короткими спартанскими мечами в тесной рукопашной.

В бою пал Леонид, у персов погибли Аброком и Гиперанф, братья царя Ксеркса. Заметив приближение с тыла персидского отряда, ведомого Эфиальтом, греки отступили к стене, а потом, миновав ее, заняли позицию на холме у выхода из Фермопил. Со слов Геродота, во время отступления фиванцы отделились и сдались в плен: этим, они спасли свои жизни ценой клеймения в рабство.

Спартанцы и феспийцы приняли последний бой. Персы расстреливали последних героев из луков, забрасывали их камнями. По свидетельствам Геродота, при этом отличились доблестью спартанцы Диенек, братья Алфей и Марон, феспиец Дифирамб.

Из 300 спартанцев в живых остался только Аристодем, который из-за болезни был оставлен Леонидом в селении Альпены. По возвращении в Спарту Аристодема ожидало бесчестие и позор. Никто не говорил с ним, ему дали прозвание Аристодем-Трус. Со временем Аристодем искупил несуществующую вину своей героической гибелью в битве при Платеях. По слухам, в живых остался еще один спартанец, по имени Пантит, который был отправлен гонцом в Фессалию. По возвращении в Лакедемон (область, где находилась Спарта) его также ожидало бесчестие, и он повесился.

Диодор представляет последний бой 300 спартанцев в легендарном виде. Они будто бы напали на персидский лагерь еще затемно и перебили множество персов, стараясь в общей суматохе поразить самого Ксеркса. Только когда рассвело, персы заметили немногочисленность отряда Леонида и забросали его копьями и стрелами с расстояния.

Царь Ксеркс лично осмотрел поле боя. Найдя тело Леонида, он приказал отрубить ему голову и посадить на кол. Под Фермопилами пало, по словам Геродота, до 20 000 персов и 4 000 греков, включая спартанских илотов. Павших эллинов похоронили на том же холме, где они приняли последний бой. На могиле поставили камень с эпитафией поэта Симонида Кеосского:

Путник, пойди возвести нашим гражданам в Лакедемоне,
Что, их заветы блюдя, здесь мы костьми полегли.

 

 


Еще по теме